На окнах решетки, свет не выключается ночью, у двери дежурят санитары. После этих двух дней мой организм стал привыкать к лекарству, а может снизили дозу, тогда меня вызвал зав отделением, он и был моим лечащим. Вместо того, чтобы узнать причины моего поступка, он начал говорить о том, какая святая женщина моя мать, как она терпит такую ***** как меня, рассказывал как она лила слезы у него в кабинете, рассказывая о моей жизни, как она просила оставить меня подольше, так же сказала, что малейший мой проступок и меня признают недееспособной, и сам бы он с удовольствием отправил меня в другое учреждение закрытого типа, где находятся совсем тяжелые больные, кто представляет угрозу. Началось мое пребывание в дурке. Выдали драный халат и ночнушку(свое нельзя), и перевели в другую палату. Там было 22 койки, на окнах решетки, дверей нет, откровенно, невменяемые пациенты, вонь мочи, дерьма и немытых тел. Туалет с окошком, три унитаза без перегородок, душ раз в две недели, подмывались из ковша на этих же унитазах, обязательная трудотерапия, мытье полов, ношение обеда из кухни огромными ведрами(никого не волновало что очень тяжело), мытье престарелых больных. Каждый вечер шмон, задирали халат, проверяли карманы, ворошили тумбочку, перетряхивали матрас.