Сегодня в компании OTUK работает небольшая профессиональная команда английских преподавателей, и моя главная роль – управлять бизнесом. Мы собираемся расширить свою деятельность с началом нового академического года. Мы сосредоточены, главным образом, на российском рынке и предлагаем индивидуальные занятия профессионалам бизнеса из крупных городов.
– Какова цена ваших услуг?
– ₤15 (около 785 рублей - прим. ред.) за урок.
– Вы уже давно в России. Чем, по-вашему, русские отличаются от западноевропейцев, тех же англичан?
– Западные туристы, приезжающие в Россию, часто сетуют на то, что русские мало улыбаются, и трактуют это как негостеприимность или недружелюбие. Но тут надо принимать во внимание разницу между тем, как русские ведут себя в публичном и личном пространстве. В русской культуре улыбка редко используется в качестве элемента социального этикета, она – реакция на соответствующую эмоцию. Но те же русские, которые на улице выглядят весьма мрачноватыми и неприступными, оказываются очень милыми и дружелюбными, если вы общаетесь с ними по работе или в дружеской компании.
"Когда я спрашиваю своих русских друзей, приезжающих ко мне в Англию, испытывают ли они какой-либо культурный шок, в ответ слышу твердое «нет». Русского ничем не удивить!"
Помню, когда я впервые приехал в Россию, мой друг удивлялся: «Почему ты задаешь так много вопросов?». Стоило нам выйти на улицу, как я начинал: где, когда, с кем, сколько и тому подобное. Я все всегда заранее планировал до мелочей – даже вечер субботы. Но в один прекрасный момент я понял, что жизнь не всегда следует четкому плану. Русские определенно более гибкие, они легче приспосабливаются к меняющимся обстоятельствам. Когда я спрашиваю своих русских друзей, приезжающих ко мне в Англию, испытывают ли они какой-либо культурный шок, в ответ слышу твердое «нет». Русского ничем не удивишь!
Франко-канадец Дейв Манжер :
— Я родился в провинции Квебек, в лесной деревушке, – говорит Дейв Манжер. – В университете в Квебеке получил специальность богослова. В Россию приехал, чтобы углубленно заняться византийской патрологией, а главное – побольше узнать о стране, которая меня так привлекала. И попал в момент дефолта, в сентябре 1998 года, когда многие иностранцы покидали страну. Но я приехал не для того, чтобы заработать деньги. Изучением богословия я решил заняться исключительно для самообразования. Я познавал себя, искал свой путь. В университете у нас был русский преподаватель, географ. Он проводил аналогии между моей областью в Канаде и Сибирью. Я понял, что франко-канадцы и русские очень близки по духу.
— Еще в Канаде я взял курс и самостоятельно занимался по учебнику «Русский язык за 90 дней». А в России читал книги русских писателей. Обложился словарями, начал переводить. И за 4 месяца выучил язык. Учился год в Лавре в Сергиевом Посаде вольным слушателем, потом вернулся в Канаду. Там стал предлагать канадским компаниям найти рынки сбыта в России. Появилось много знакомых, оброс связями.
— Я беседовал с девушкой, которая работала в посольстве Канады в Москве. Ей платят зарплату с повышенным коэффициентом 1,8. Как и в посольствах в Судане или в Афганистане, что соответствует самым опасным странам в мире. Но Я ВАМ СКАЖУ, ЧТО ГУЛЯТЬ ПОЗДНИМ ВЕЧЕРОМ ПО МОСКВЕ БЕЗОПАСНЕЙ, ЧЕМ В ПАРИЖЕ, ЛОНДОНЕ ИЛИ НЬЮ-ЙОРКЕ. Я ЧУВСТВУЮ СЕБЯ В МОСКВЕ В БЕЗОПАСНОСТИ. ЕЗЖУ В МЕТРО, У МЕНЯ НИЧЕГО НИ РАЗУ НЕ ПРОПАЛО. А В ПЕРВЫЙ ЖЕ ДЕНЬ В ГОСТИНИЦЕ В НЬЮ-ЙОРКЕ У МЕНЯ УКРАЛИ НОУТБУК…