Гейши ни с кем не спали

ещё и как спали, а ещё пели, играли в шахматы, поддерживали интеллектуальные беседы на любую тему и танцевали. В общем эдакая дама из высшего света, но только продажная.

спали. и бухали еще.

Опаивали мужика за роскошные подарки

Ну спали, только когда выбирали кого-то, но опять же не все гейши себе такое могли позволить. Гейши двух типов были. Одним платили и за их общение и танцы, а были и другие, кому повезло меньше

А у тебя все наоборот, жизнь удалась

Высшей пробы гейши это скорее как театр был, в театре никто ведь не трахает актеров, а деньги несут.

Решила проституткой стать, но не можешь клиентам объяснить почему деньги берешь, но не даёшь?

не, просто основное предназначение гейши было - собутыльница. остальное уже по договоренности. типа такого дружбана-психолуха.
мужики азиаты же не пьют вместе, ибо прям хронически не доверяют друг другу (и правильно делают, ибо традиции у них дикие). вот и ходили к гейшам.

Бред. Для секса были другой класс баб. Гейши если имели секс, то с кем сами хотели, из высшего руководства страны.

Интересненько

В Европе таких называли куртизанками .

Конечно, а ещё они питались только радугой, а какали зефирками.

Да ун, то, что не способен читать книги по истории, это твои половые трудности.

Конечно, они спали с клиентами. Просто в дополнение к секс-услугам они пели, танцевали, музицировали на разных инструментах, могли поддержать беседу на разные темы, проводили чайные церемонии.

Не надо прямо уж так слепо верить всему, что пишут. Бумага всё стерпит.

В обязанность гейш, эскортниц, куртизанок, гетер, дам полусвета, актрис никогда не входило непременно спать с любым клиентом, кому они понравились и кто их захотел. Это чаще всего интересные, образованные женщины, с массой других талантов, короме постельных, способные развлекать, утешать, украшать собой общество отдыхающих мужчин. Это не проститутки... В зависимости от ранга и востребованности они могли выбирать. Так и в наше время эскортницы и проститутки бывают разные. Рублёвские вряд ли встанут на перекрестки или на трассы, ублажать дальнобойщиков. Или всех мимопроезжающих.

В обязанности дам полусвета именно это входило обязательно.

Мари Дюплесси (фото см. ниже) – знаменитая французская куртизанка, которой посвящено немало стихов и произведений. Наиболее известное из них – «Дама с камелиями». Первая парижская красавица, муза и возлюбленная Ференца Листа, а также Александра Дюма-сына, она и по сей день поражает биографов как внешним, так и внутренним несоответствием этим скандальным титулам

Детство

Мари Дюплесси появилась на свет в семье фермера в 1824 году. Но при рождении её звали не так. Настоящее имя девочки – Альфонсина Плесси. С детства судьба не баловала её своими милостями. Уделом будущей куртизанки было нищенское существование, постоянный голод, пустой дом, пьяный отец и вечно плачущая маленькая сестра. Мать Альфонсина практически не помнила, так как та сбежала из дома, когда девочке не исполнилось и пяти лет. Но две вещи навсегда врезались в память будущей куртизанки. Она помнила имя матери (Мари) и что та обещала за ней вернуться. Первые годы Альфонсина ждала её каждый день. Но потом в деревню пришло известие – Мари Плесси, работавшая горничной в богатом доме, скончалась от чахотки.

Первая любовь

Теперь у девочки был только один шанс избежать нищенствования – замужество с приличным человеком, пусть и небогатым. Таким тринадцатилетней Альфонсине показался парень с соседней фермы. Впервые в жизни девочка влюбилась и полностью доверилась своему избраннику, надеясь на скорую свадьбу. Но молодой человек не спешил жениться. Натешившись досыта, он не только бросил Альфонсину, но и выставил её доступной девицей перед всей деревней. Это перечеркнуло мечту будущей куртизанки о замужестве. Ведь никто в округе не пошёл бы свататься к «гулящей».
Занятия проституцией

Марэн Плесси (отец Альфонсины) втайне радовался «падению» дочери. Конечно, она присматривала за сестрой и вела хозяйство, но была очень хрупкой – никто не нанял бы такую батрачку на работу. Семье же требовались деньги: отцу – на выпивку, а сёстрам – на хлеб. Теперь никому не нужная и «падшая» Альфонсина могла трудиться только проституткой. По мнению Марэна, именно для этого занятия Бог и создал женщин.

Узнав, какую «карьеру» готовит ей отец, Альфонсина сильно возмутилась. Но Марэн не стал разводить дебаты. Он моментально продал дочь местному трактирщику, чтобы погасить кредит за вино. Потом девушке пришлось «отработать» ещё несколько долгов отца. Понимая, что её ожидает в будущем, Альфонсина сбежала в столицу Франции. Там она надеялась найти благопристойную работу.

Париж

Но столица не встретила девушку с распростёртыми объятиями. Её не брали ни в продавщицы, ни в прислуги – ведь Альфонсине было всего четырнадцать лет. К тому же она выглядела слишком хрупкой и не способной на любой физический труд. Альфонсина ночевала где придётся, голодала и в итоге вернулась к ремеслу куртизанки.

Правда, первые доходы не помогли ей выбраться из нищеты. Ведь клиентами ночной феи были бедные студенты, платившие девушке сущие гроши. Для поиска богатых поклонников требовался приличный «фасад» - ухоженный вид и хорошее платье. Но Альфонсине едва хватало средств на еду. Помимо этого, в ней ещё теплилась надежда, что кто-то из юношей сможет увидеть в ней не только тело, но и человека. Но каждый раз ожидания Альфонсины не оправдывались. Куртизанка убедилась, что мужчины жаждут от неё только удовольствия.
Крупная рыба

Но с усвоением этой горькой истины судьба дала девушке шанс выбраться из нищеты. Как-то Альфонсина гуляла с подругой по Парижу. Увидев ресторан, куртизанки решили в него зайти в надежде подцепить «крупную рыбу». Обычно шансов было мало: рестораторы сразу выставляли ночных фей. Исключение они делали лишь для тех, кто платил им часть выручки. Но сейчас хозяин принял куртизанок весьма любезно. Он угостил девушек выпивкой и в конце беседы попросил Альфонсину прийти к нему завтра – одной. Уже провожая, ресторатор поинтересовался именем девушки. «Мари Дюплесси» – представилась Альфонсина. Она понимала, что мелодичное и благородное имя придаст ей загадочности и шарма. Внезапно куртизанка осознала – с завтрашнего дня для неё начнётся безбедная жизнь.

Новый ухажёр

Мари Дюплесси не ошиблась. Ресторатор одел девушку, снял ей жильё и окутал такой заботой, которая и не снилась его законной жене. Но куртизанка быстро смекнула, что может получить от жизни намного больше. Однажды, одевшись по последней моде, Мари отправилась в оперу. Оттуда девушка уехала в карете первого бабника 1840-х годов графа де Гиша.

Новый ухажёр не только осыпал Дюплесси деньгами, он ещё и сделал из неё самую шикарную даму столицы. Теперь Мари одевалась только у дорогих портных. Также девушка не отказывала себе в драгоценностях, духах, изысканной еде и цветах. К последним куртизанка была очень неравнодушна. В шикарном доме Дюплесси цветов было настолько много, что у пришедших гостей складывалось впечатление, будто они попали в оранжерею. Также Мари с удовольствием хвасталась редкими растениями из Америки и Индии. В её доме отсутствовали только розы – от их запаха у девушки кружилась голова. Зато совсем не пахнущие и скромные камелии имелись в достатке. Свои пристрастия куртизанка комментировала весьма специфично: «Я обожаю засахаренный виноград, так как он безвкусный, и камелии за отсутствие запаха. Также люблю богатых людей за то, что у них нет сердца».

Появление покровителей

Вскоре де Гишу стало не хватать средств на содержание такой роскошной женщины. Поэтому он был вынужден ретироваться. С тех пор покровители в жизни Мари стали меняться один за другим. Отчасти этому способствовала нанятая ей сводня, собиравшая информацию о перспективных клиентах и договаривающаяся с ними о содержании Дюплесси. В Париже у неё был самый «высокий ценник». Но поклонников это только подстёгивало. Философы, музыканты, поэты и художники часто захаживали в салон Мари Дюплесси. Портрет девушки как раз и был написан одним из её гостей – талантливым живописцем по имени Эдуард Вьено. Он очень достоверно смог передать на холсте поразительную Викторианскую красоту девушки. Её глянцевые чёрные волосы, кожа цвета слоновой кости, овальное лицо и блестящие глаза восхищают даже современного искушённого зрителя.

Стоит отметить, что далеко не все гости куртизанки имели статус любовников. Некоторые приходили просто поговорить: душевная, остроумная и чувствительная Мари считалась отличной собеседницей и поклонницей всего прекрасного. Одновременно с этим ей была присуща кокетливость и романтическая печальность.

мари дюплесси и князь романов

Мари Дюплесси и Дюма-младший

Но куртизанка не гналась за «светским трёпом» и страстями. Девушке хотелось преданности, понимания и влюблённости. Она надеялась, что хоть кто-нибудь из ухажёров увидит в ней человека, а не дорогую безделушку. Как только куртизанка чувствовала хотя бы намёк на нежность и сочувствие, в её душе появлялась надежда, которая в большинстве случаев так и не вырастала во что-то большее. Поэтому роман Мари с Александром Дюма-младшим и закончился расставанием. Девушка сильно ошиблась, принимая его жалость моралиста за настоящую любовь.

Дюма-сын, или Аде (А. Д.), как его называла Дюплесси, был ровесником куртизанки и ещё не совсем испорченным высшим светом. К тому же писателя воспитывала только мама, поэтому он лучше остальных знал о безжалостности общественного мнения к согрешившим женщинам. Он искренне восхищался Мари, был полон сочувствия и понимал, что девушка выше собственной судьбы. То есть продавая тело за деньги, она очень страдает. И Дюплесси поверила в любовь Аде, надеясь на скорые изменения в своей жизни.

Конец романа

Но, увы, и в этот раз куртизанка тешила себя иллюзиями. Конечно, Дюма-младший был ею искренне увлечён. Тем не менее, молодой человек не собирался заботиться о Мари и становиться её «избавителем». У Аде не было ни средств, ни желания связывать навечно свою судьбу с какой-то куртизанкой. Вместо этого Дюма ревновал девушку к состоятельным поклонникам, взывал к её нравственности, а потом вообще покинул Париж, уехав в Испанию.

После этого Мари Дюплесси, фото которой можно наблюдать сейчас на обложке книги «Дама с камелиями», ещё глубже погрузилась в пучину удовольствий. На самом деле она уже вполне могла «завязать» с профессией и остаться только с одним поклонником, осыпавшим её деньгами, – Штакельбергом. Тем более что последнему требовались лишь нежность и внимание – граф перешагнул восьмой десяток. Но куртизанка уже не видела смысла менять привычный образ жизни. Так девушка могла более насыщено провести отмеренные ей несколько месяцев, ведь у неё обнаружили неизлечимую в то время чахотку.

Остапа несло...