Надо было свалить из лагеря. Я серьезно. Хорошее место лагерем не назовут. Отдых в детском лагере — это как отдых в тюрьме: там тоже ранние подъемы, питание — шлак, а за тобой постоянно следят надзиратели, как вожатые.
Меня дважды пытались сплавить в лагерь, но оба раза я находил способ сбежать.
Нам ещё и купаться запрещали. Я понимаю, что вожатые не хотели нести ответственность за детей в воде, но проводить полдня на раскаленном пляже, в метре от моря, смотреть на него, не имея возможности окунуться, – это настоящая пытка. На отдыхе хочется расслабиться, выспаться, а не маршировать строем на зарядку ни свет ни заря.
Кстати, надо мной одногруппники тоже смеялись. Эти малолетние козлы смеялись надо мной из-за бедной одежды и одновременно уважали меня, потому что я был для них своего рода лидером, заводилой. Трудно понять, как можно одновременно презирать человека и тянуться к нему. Я ненавидел их лицемерные детские рожи.
Моё детство было непростым, как и у многих. Отец ушёл из семьи, и мама, как могла, тянула нас с братом одна. Меня она избивала, потому что я внешне похожа на отца. Сестру не трогала, так как внешне она — копия матери. Денег мне никаких мама, разумеется, не давала. Летом меня отправили в лагерь по бесплатной путёвке. К ней прилагался строгий список вещей. Самое необходимое из него собирали по соседям, что-то купили, но мыло мне самой пришлось слепить из старых обмылков, потому что мама его не купила, посчитав целый кусок мыла для меня непозволительной роскошью. Я была рада и мылу из обмылков, привыкшая довольствоваться малым. Но дети смеялись надо мной. До сих пор с болью вспоминаю эти обмылки.