Чуваши

16 В эпитафиях 1-го стиля встречаются тахаллусы, например, "Госман аль-Булгари", "Юныс аль-Болгари", "Насар аль-Болгари", "Мансур аль-Болгари", "Ибрагим ас-Сувари" и т. д. (см. Мухаметшин Д. Г., Хакимзянов Ф. С. Эпиграфические памятники города Булгара. Казань, 1987, стр. 111; Хакимзянов Ф. С. 1978, стр. 158, 188; Его же: 1987, стр. 92-93).
17 Мухаметшин Д. Г., Хакимзянов Ф. С. Указанный труд, с. 93-94.
18 Зәкиев М. 3. Татар халкы теленең барлыкка килүе. - Казан, 1977, с. 35; Eгo жe. Проблемы языка и происхождения волжских татар. - Казань, 1986, с. 72-79.
19 Rоnа-Таs А.-Fоdоr S. Ерigrарhiса Вulgаriса А Vоlgаi-török, fеlirаtоk. Szеgеd. 1973, с. 149-156.
20 Федотов М. Р. Введение в тюркологию. -Чебоксары, 1976, с. 68-70.
21 Мухамадиев А. Г. Монеты как источник по изучению булгарского языка. - В кн.: Исследование по источниковедению истории Булгарии.- Казань, 1980, с. 124, 128-130; Он же. Булгаро-татарская монетная система XII-XV вв.- М., 1983, с. 170-175.
22 Мухаметшин Д. Г., Хакимзянов Ф. С. Указанное соч., с. 24.
23 Булатова А. Г. Лакцы. Историко-этнографический очерк. Махачкала, 1971, с. 43; Шихсаидов А. Р. Эпиграфические памятники Дагестана X-XVII вв. как исторический источник.- М., 1984.
24 Труды Четвертого археологического съезда в России.- Казань, 1884, с. XLII-ХLIII.
25 Ахмеров Г. Указанное соч., с. 125.
26 Катанов Н. Ф. Чувашские слова в болгарских и татарских памятниках.-Казань, 1920, с. 11-12.
27 Газиз Г., Рахим Г. История татарской литературы (на татарском языке). Т. 1. Ч. 3,- Казань, 1923, с. 52-53.
28 Закиев М. 3. Татар халкы теленең барлыкка килүе.- Казан, 1977, с. 25-26, 132.
29 Мусаев К. М. Рецензия на книгу М. Г. Менгеса "Восточные элементы в "Слово о полку Игореве".- Журн. Вопросы языкознания.- М., 1980.- № 6, с. 145.
30 Саттаров Г. Ф. Татарская антропонимия и этнолингвистические связи.- Журн. Советская тюркология.- Баку, 1978.- № 3, с. 22-32.
31 Мухамадиев А. Г. Указанное соч., С. 170-175.

1 В данной главе использованы материалы ранее опубликованных работ авторов: Закиев М. 3. Татар халкы теленең барлыкка килүе, Казан, 1977; Его же. Проблемы языка и происхождения волжских татар. Казань, 1986; Кузьмин-Юманади Я. Ф. О чувашизмах в булгарских эпитафиях (см. сборн. "Истоки татарского литературного языка". Казань, 1988, стр. 72-87).
2 Фейзханов X. Три надгробных болгарских надписи. - Известия Императорского археологического общества. Т. 4. СПб., 1863, стр. 395-403.
3 Ильминский Н. И. О фонетических отношениях между чувашским и тюркским языками. - Известия Императорского археологического общества. Т. 5. СПб., 1865, стр. 80-84.
4 Ашмарин Н. И. Болгары и чуваши. - Известия Общества археологии, истории и этнографии при Казанском университете. Т. 18. Казань, стр. 1-232.
5 Ашмарин Н. И. Указанное соч., стр. 123.
6 Ашмарин Н. И. Указанное соч., стр. 69, 90.
7 Калинин Н. Ф. Альбом булгаро-татарской эпиграфики в 3-х частях. Казань. Библиотека КФАН СССР, фонд Калинина.
8 Юсупов Г. В. Введение в булгаро-татарскую эпиграфику. М., 1980.
9 Хакимзянов Ф. С. Язык эпитафий волжских булгар. М, 1978; Он же. Эпиграфические памятники волжских булгар и их язык. М., 1987; Мухаметшин Д. Г., Хакимзянов Ф. С. Эпиграфические памятники города Булгара. Казань, 1987; Закиев М. 3. Татар халкы телене? барлыкка кил?е. Казан, 1977;
10 Ахмеров Г. История булгар (на татарском языке). Казань, 1909, стр. 125.
11 Журналы и дневные записки капитана Рычкова по разным провинциям Российской империи в 1769-1770 гг. СПб., 1770, стр. 21.
12 Юсупов Г. В. Введение в булгарскую эпиграфику, стр. 47.
13 Хакимзянов Ф. С. Язык эпитафий волжских булгар, стр. 152-153.
14 Ашмарин Н. И. Указанное соч., стр. 84,94.
15 Болгары и чуваши. Чебоксары, 1984, стр. 23-102.
16 В эпитафиях 1-го стиля встречаются тахаллусы, например, "Госман аль-Булгари", "Юныс аль-Болгари", "Насар аль-Болгари", "Мансур аль-Болгари", "Ибрагим ас-Сувари" и т. д. (см. Мухаметшин Д. Г., Хакимзянов Ф. С. Эпиграфические памятники города Булгара.

Профессор Казанского университета И. Н. Смирнов в книге «Черемисы» исследовал заимствованные восточными и западными марийцами чувашские слова. В выводах от указал, что болгарский язык соответствовал чувашскому языку, что в Волжской Болгарии сложилась болгарская цивилизация, оказавшая огромное этнокультурное влияние на марийцев.

В 1897 г. финский учёный Х. Паасонен издал труд «Тюркские слова в мордовском языке», в котором рассматривал главным образом чувашские заимствования, свидетельствующие о болгарском влиянии.

В комплексном историко-лингвистическое исследовании Н. И. Ашмарина «Болгары и чуваши», опубликованном в 1902 г., обобщены все известные к началу ХХ в. сведения о булгарах и сделаны следующие выводы: 1) «Язык волжских болгар тождествен с современным чувашским 2) «Современные нам чуваши представляют из себя не что другое, как прямых потомков волжских болгар» 3) «Смешение тюркских болгар с жившими по соседству с ними финнами и обращение их в особую смешанную расу, которая однако сохранила болгарский язык и болгарское национальное название (чуваш), началось весьма рано, во всяком случае ранее Х века… Не будет никаких препятствий к тому, чтобы считать тех болгар, которые жили на Волге… весьма близкими по их этническому составу к современным чувашам».

В 1903 г. финский лингвист Ю. Вихман опубликовал исследование «Чувашские слова в пермских языках», в котором показал огромное болгарское влияние на хозяйство, быт, культуру и государственную организацию общества удмуртов и коми-зырян.

В написанном в 1904 г. труде «Волжские болгары» И. Н. Смирнов пришел к выводу, что болгарский язык — древнечувашский язык, Волжская Болгария — древнечувашское государство, болгарская культура — древнечувашская культура.


В. Н. Татищев. Он в своей «Истории российской с самых древнейших времен» признает чуваш за потомков волжско-камских булгар. «Вниз по реке Волге,—пишет он,—чуваши, древние болгары, наполняли весь уезд Казанской и Симбирской».

Язык. Чувашский — единственный живой язык булгарской группы (все остальные языки этой ветви считаются мёртвыми). В нём есть любопытные особенности: например, нет грамматического рода (мужского, среднего, женского), а слово «да» как отдельное не используется — согласие выражается повторением глагола из вопроса. Ещё одна фишка: в чувашском встречаются палиндромы — слова, которые читаются одинаково слева направо и справа налево (например, «аппа» — сестра, «куккук» — кукушка).

Быт и отношение к природе. Чуваши трепетно относились к окружающему миру: не вырубали рощи вокруг поселений и у источников воды, а язычники даже посвящали такие рощи своим богам. Считалось грехом ловить певчих птиц — для них делали гнёзда.

Вышивка. Чувашская вышивка — счётная (выполняется по счёту нитей холста), поэтому все узоры получаются геометрическими. При этом она несла и смысловую нагрузку: орнаменты на воротниках, рукавах и подоле рубах служили оберегами. А ещё вышивка была половозрастным маркером: девичьи и женские рубахи различались по узору. Один из главных символов — «древо жизни»: этот мотив даже помещён на современный флаг Чувашской Республики.

За несколько веков чуваши сформировали собственный менталитет: представителей этноса характеризуют как порядочных и законопослушных людей, доверяющих и помогающих ближним. Для представителей народа характерно следование традиционному укладу жизни. Кроме того, чувашей нередко называют миролюбивой и патриотичной нацией.

Напиши историю своего кипчакского народа на своей ветке, а мы обсудим её там.
https://www.woman.ru/psycho/socialization/thread/5970552/11/

Развивай и наполняй её информацией, анализом, артефактами истории. А мы внимательно почитаем и совместно обсудим её там.
Когда ты бегаешь по разным чувашским веткам и поливаешь грязью, которую модераторам постоянно приходится скрывать из обращения, ты подводишь свой народ, которому становится стыдно за тебя.

https://сувары.рф/ru/content/glava-i-o-chuvashizmah-v-bulgarskoy-epigrafike
Глава I. О чувашизмах в булгарской эпиграфике

Самым основным аргументом, свидетельствующим о чувашеязычности волжских булгар, считаются чувашские слова и выражения, обнаруженные на булгарских надгробных памятниках. На некоторых каменных стелах, сохранившихся на территории бывшей Волжской Булгарии, встречаются написанные арабскими буквами чувашские слова, перемежающиеся с арабскими молитвенными текстами. Обнаружил их впервые в прошлом веке X. Фейзханов, который тогда же опубликовал об этом статью в "Известиях Императорского археологического общества". О существовании таких надписей знали исследователи и до Фейзханова, но принимали их за арабизмы и пытались отождествлять с созвучными арабскими словами. Фейзханов не только указал на их чувашское происхождение, но и расшифровал тексты эпитафий на материале чувашского языка. В результате он пришел к выводу о влиянии чувашского языка на язык эпитафий волжских булгар.

Ознакомившись с этой публикацией, небезызвестный профессор Казанской духовной академии Н.И. Ильминский решил тоже принять участие в этом важном открытии. Не утруждая себя изучением самих надгробных памятников на местности и выявлением их этнической принадлежности, он сразу же написал статью о своих суждениях по поводу открытий Фейзханова и поспешил опубликовать ее в следующем же номере указанного издания. Смысл его статьи сводился к тому, что коль на булгарских памятниках обнаружены чувашские слова, значит, булгары говорили на чувашском языке, и, следовательно, потомками булгар следует считать чувашей, а не казанских татар. Хотя в публикации Фейзханова говорилось о расшифровании им трех надгробных эпитафий, из которых только две содержали чувашские слова, а третья была написана на обычном тюркском языке без чувашизмов, но Ильминский повел речь лишь о чувашеязычных памятниках, как будто других не существовало.

Уже выше были написаны выводы иностранных исследователей за 2021год, Уфимского Научного Центра, казанские татары -булгары и в основном по европеоиды , что и сказали генетики , что сказали и антропологи. Но те же антропологи сказали, у чувашей облик кипчакских(налет) на их субуралоидность , что все равно перевешивает у чувашей в сторону их монголоидной рамы : отличаются от казанских татар более низким ростом, более слабовыраженным волосяным покровом, строением черепа и глазной щели по монгольскому типу. Насчёт казанских татар, то существует ряд летописей русских и нерусских объявляющих их булгарами. Всеволод в 11 веке половецкий (кипчакский) язык назвал похожим с булгарами, кипчаки тоже брали булгарские слова. Так ,например,балкарцы,образованные от булгар понимают язык казанских татар . А лишь с каких-то пор наш язык стали звать кипчако-булгарским,но если отнестись к словам Всеволода , тому,что кипчакский похож на булгарский и бравший себе и его слова. Также среди половцев есть дворянские родословные в Москве. Но чуваши малозначительный народ, это известно .

Гость
[153587623] Ву-а-ля. А кто это у нас тут такой красивенький в таком интересненьком? Ба!... да это же - наш ЧухЧух Камиль! Прошу любить и жаловать!

Так татары это булгары?

Коротко: нет, татары не равны булгарам.

Булгары (волжские болгары) — это прототюркский народ, который образовал Волгскую Булгарию у реки Волги; их язык и культура отдельны от монголоидной группы и большинство историков считают их предшественниками ряда тюркских народов.
Татары в контексте Татаро‑монгольского ига — это более широкое обозначение, которое чаще всего относится к населению Золотой Орды и её потомков. В составе Орды жили и работали представители разных народов: монголы, тюрки, кыпчаки и другие, включая потомков булгар, но сами по себе «татары» как этно‑категория не равны «булгары».

Иными словами:

Булгары — отдельный этнос/народ тюркской семьи на Волге.
Татары — более широкое обобщение для людей, связанных с Золотой Ордой и ордынской администрацией, часто обозначавшее разнородные группы под единым ярлыком.

Промежуточный между прототюркским и тюркским языком на Алтай принесли саки. Сами они основу прототюркского языка взяли в Бактрии.
Позже саки ушли дальше на восток от Алтая и стали прародителями сегодняшних якутов.
А на территории Алтая стал развиваться современный тюркский язык.
Поэтому интересен сам народ саки.
https://www.inform.kz/amp/uchenie-vpervie-uspeshno-rasshifrovali-genom-znamenitogo-zolotogo-cheloveka-7c1f23ef

Женские костюмы болгар, македонцев и чувашей роднит яркая черта — массивные головные и нагрудные уборы из монет, напоминающие чешуйчатые доспехи. Исследователи видят в этом след культуры древних болгар, разделившихся в VII веке.

Чувашские тухья и хушпу конструктивно близки балканскому сокаю и македонской смиляне. Жесткий каркас этих уборов напоминает формы древних шлемов, а плотная нашивка монет — ламеллярные доспехи (в виде «рыбьей чешуи»). Серебро служило женщинам одновременно и приданым, и оберегом.

В северо-восточных областях Болгарии в прошлом бытовал девичий праздничный головной убор, весьма близкий к чувашским тухье/хушпу — с характерной войлочной основой, бисерным орнаментом и украшенный монетами.

Ныне такие уборы в основном встречаются в музейных коллекциях, хотя современные работы мастеров в запретбуке можно найти и сейчас.

Объединяю здесь ответы на вопросы, касающиеся булгаро-чувашского субстрата в этногенезе татар. Тезисно моё текущее понимание проблемы выглядит следующим образом:

1. Язык волжских булгар конца VII в. – начала XIII в. принадлежал к т.н. R-тюркской, или булгарской, или «огурской» группе. Потомком его является чувашский язык. Есть серьёзный корпус свидетельств, указывающих на бытование языка именно этого типа в Волго-Камье домонгольского времени. Что касается т.н. Z-тюркских языков в целом и кыпчакских языков в частности (к числу которых принадлежит татарский), то здесь ситуация обратная: лингвистический материал едва ли позволяет предполагать, что язык этого типа мог бытовать среди населения домонгольской Булгарии. Показательна здесь ситуация, например, с ранними тюркско-пермскими контактами. В прапермском – общем предке удмуртского и коми – есть надёжный слой заимствований из волжско-булгарского идиома, который – ввиду его специфической близости к известному нам чувашскому – вполне уместно называть «древнечувашским языком». Этот пласт контактов уверенно датируется VIII–IX вв. При этом татарские заимствования не только не реконструируются для прапермского состояния, но и в принципе отсутствуют в коми языке (за исключением татаризмов, проникших в коми из русских диалектов, а также немногочисленных локальных татаризмов в коми-пермяцком наречии). А дело в том, что кыпчакская речь заняла доминирующие позиции в регионе только в послемонгольское время — сильно позже распада прапермского языка и ухода предков коми-зырян с территории Прикамья на север.

Объединяю здесь ответы на вопросы, касающиеся булгаро-чувашского субстрата в этногенезе татар. Тезисно моё текущее понимание проблемы выглядит следующим образом:

1. Язык волжских булгар конца VII в. – начала XIII в. принадлежал к т.н. R-тюркской, или булгарской, или «огурской» группе. Потомком его является чувашский язык. Есть серьёзный корпус свидетельств, указывающих на бытование языка именно этого типа в Волго-Камье домонгольского времени. Что касается т.н. Z-тюркских языков в целом и кыпчакских языков в частности (к числу которых принадлежит татарский), то здесь ситуация обратная: лингвистический материал едва ли позволяет предполагать, что язык этого типа мог бытовать среди населения домонгольской Булгарии. Показательна здесь ситуация, например, с ранними тюркско-пермскими контактами. В прапермском – общем предке удмуртского и коми – есть надёжный слой заимствований из волжско-булгарского идиома, который – ввиду его специфической близости к известному нам чувашскому – вполне уместно называть «древнечувашским языком». Этот пласт контактов уверенно датируется VIII–IX вв. При этом татарские заимствования не только не реконструируются для прапермского состояния, но и в принципе отсутствуют в коми языке (за исключением татаризмов, проникших в коми из русских диалектов, а также немногочисленных локальных татаризмов в коми-пермяцком наречии). А дело в том, что кыпчакская речь заняла доминирующие позиции в регионе только в послемонгольское время — сильно позже распада прапермского языка и ухода предков коми-зырян с территории Прикамья на север.

3. В XVI—XVII в. процессы ассимиляции чувашского этноязыкового элемента татарами локализовались, в первую очередь, в Заказанье. Нет оснований сомневаться в том, что чюваши, проживавшие, согласно письменным источникам, на этих территориях, говорили (по крайней мере, первоначально) на чувашском языке. Об этом говорит, в частности, существование в этом ареале значительного пласта чувашской топонимики (в т.ч. гидронимов на -ширмә, отражающих заимствование из чув. çырма 'речка').

4. Наконец, в XVIII—XIX вв. аналогичные процессы хорошо фиксируются документально и этнографически. Общим местом является массовое отатаривание чувашей с середины XVIII в. как одно из следствий начавшейся насильственной христианизации.

Таким образом, ассимиляция булгаро-чувашского этноязыкового компонента поволжско-кыпчакским происходила если и не непрерывно с послемонгольской эпохи и практически до новейшего времени, то во всяком случае многоэтапно. Отсюда, разумеется, не следует, что татарский этногенез только к этому процессу и сводится, и утверждение "татары — это ассимилированные чуваши" было бы неоправданным упрощением. Ср. ситуацию с этногенезом современных чувашей, в котором ассимиляция марийских групп сыграла весьма значимую роль; однако же утверждение "чуваши — это ассимилированные марийцы" безусловно не отражало бы всю сложность картины.

Линия на преувеличение древних западноевразийских связей чувашей, происходит из более общей идеи, согласно которой в Восточной Азии предков чувашей вовсе никогда не было, а чувашской прародиной является, например, Кавказ. В целом эта идея является ныне глубоко маргинализированной и представлена в формально академическом мире, пожалуй, только работами упомянутого А.К. Салмина. Работы эти по качеству едва ли отличимы от фолк-хистори, при этом в 2014 г. его монография по этой теме была переведена на английский и издана с предисловием и под научной редакцией одного из крупнейших западных тюркологов Питера Голдена, что выглядит причудливо.

Дикость этой концепции не означает, что восточноевразийская локализация прародины булгар беспроблемна. В целом последняя зиждется не на собственном булгарском материале, а на несомненно восточноевразийской локализации пратюрков и несомненной лингвистической преемственности между пратюркским состоянием и прабулгарским. При этом ещё Е.А. Хелимский отмечал значимость для историко-географической реконструкции того факта, что все идентифицируемые по письменным источникам народы надёжно булгарской языковой принадлежности локализуются в Европе, в то время как все исторически документированные тюркские языки Сибири и Монголии представляют "стандартно-тюркский" тип. При таком раскладе "восточноевразийские булгары" оказываются сущностью весьма эфемерной, а попытки придать им более вещную форму, как правило, безуспешны.

История чувашского народа уходит корнями в глубокую древность, а её ключевые этапы связаны с миграциями племён, формированием государственности и взаимодействием с другими этносами.

Происхождение и ранние этапы.
Учёные до сих пор не пришли к единому мнению о происхождении чувашей.

Существует несколько основных гипотез:
Тюркская (булгарская) теория — наиболее признанная. Согласно ей, основу чувашского этноса составили тюркоязычные болгарские племена, которые в VII–VIII веках мигрировали в Среднее Поволжье из Центральной Азии в составе хуннов. Они смешались с местным финно-угорским населением, в основном марийским. vk.comru.wikipedia.org*
Гуннская теория — также связывает происхождение чувашей с гуннами, которые в начале нашей эры кочевали в степях Восточной Европы, а позже осели на Северном Кавказе. В VII–VIII веках они переселились в Поволжье и ассимилировались с финно-угорскими племенами.
Хазарская теория — предполагает, что этноним «чуваши» мог произойти от названия мирного населения Хазарского каганата, не принимавшего участия в религиозных конфликтах.

Внутри самого этноса исторически сложились три субэтнические группы: вирьял (верховые, на севере), анатри (низовые, на юге) и анат енчи (средненизовые, на северо-востоке).

Формирование в составе Волжской Булгарии
В конце IX — начале X веков в Волго-Камье сложилось единое государство — Волжская Булгария. Основу её населения составили болгарские и суварские (савирские) племена. К рубежу XII–XIII веков в результате этнической консолидации этих племён, а также частичной ассимиляции местных финно-угров сформировалась единая болгарская (древнечувашская) народность.

Период Золотой Орды и Казанского ханства
После монголо-татарского нашествия и включения территории Волжской Булгарии в состав Золотой Орды часть населения переселилась выше по Волге. В период существования Казанского ханства чуваши оставались подданными этого государства, но держались обособленно, хотя и платили дань.